А на работу меня приняла Сама Матерь Божия

Мы уже сообщали о том, что на территории уфимского храма Симеона Верхотурского открылось подворье Бугабашского Богородице-Смоленского монастыря. В первый весенний день нам удалось встретиться и побеседовать с настоятельницей монастыря игуменьей Моисеей (Ракитиной).

Матушку застать на месте сложно, она постоянно в разъездах: сам монастырь находится в селе Бугабашево Бакалинского района. Обитель эта вновь возрождённая, строящаяся, поэтому хлопот у настоятельницы немало. И здесь, при храме праведного Симеона Верхотурского, нужно еще обжиться.

- Мы, насельники обители, - хранители чудотворной Смоленско-Бугабашской иконы Божией Матери. Это единственная в Башкирии сохранившаяся в подлиннике чудотворная икона, - рассказывает игуменья Моисея. - Когда-то в Бугабашево был монастырь, но его разрушили. В 2008 году Владыка Никон назначил меня  настоятельницей. Меня и еще одну монахиню, Николаю, забросили, как десантников, в чистое поле, и мы начали строительство. Мы ведь как военные, только без погон. Военные служат царю земному, а мы Небесному.

Раньше Светлана (так игуменью Моисею звали в миру) и представить не могла, что способна на такое. Два образования - повара и агронома - ей, конечно, в монастыре пригодились. Сестры, которых в обители сегодня пятнадцать, сами себя обеспечивают припасами: сажают картофель, овощи. Но вот чтобы взять на себя строительство...

- Меня время от времени спрашивают: а что, матушка, у вас высшее строительное образование? А я шучу в ответ: даже два. Жизнь научила многому: и как делать кладку, и как фундамент залить.

- Да ведь не женская это работа!

- Я как настоятельница вникаю во все, но рядом со мной служат батюшки и завхоз: они выполняют мужскую работу. Вообще, женщины не должны брать на себя сверх того, что положено. Мне часто приходится вести беседы с прихожанками, паломницами, у которых возникают семейные проблемы. Распространённая ошибка женщин в том, что они порой чрезмерно инициативны и взваливают на себя мужские дела. А потом удивляются, что их супруги ничего для дома не делают и на службе себя не слишком утруждают.

- Думаю, не все наши читатели понимают, для чего монастырю иметь подворье...

- Я повторюсь, если скажу, что пропитанием мы себя сами обеспечиваем. Кормим и паломников, которые к нам приезжают. А вот откуда взять средства на так называемые коммунальные платежи, строительство? Потому-то без подворья ни один монастырь не обходится, это нам подмога. У нас были другие подворья, а теперь Богородица указала это место. И все делается не только ради нас, но и для всего города. Потому что в тех местах, где есть Божии монастыри, пребывает и благодать. А в храме все останется по-прежнему, как было. Службы проходят по приходскому уставу, монашеские правила мы выполняем вне храма, сами. Нас, правда, упрекают в том, что при храме перестали ежедневно кормить бездомных, как это делали до недавнего времени. Мы пробовали кормить, начали из своего погреба монастырского возить в Уфу картошку и овощи. А потом я все посчитала, подумала и поняла, что не можем мы себе такого позволить: монастырь останется без продовольствия. Обратилась к прихожанам за помощью: никто ведь не запрещает им приносить продукты для обездоленных. Пока никто не отозвался. Хочется, чтобы люди поняли: у нас сегодня другая миссия. Мы занимаемся строительством, ездим с иконой по городам и весям по просьбам разных епархий. Бываем в больницах, детских приютах и домах престарелых. Изучаем и записываем каждый случай чудесных исцелений, которые люди получают по вере своей от Божией Матери.

- Нам, мирским, очень трудно понять людей, которые добровольно отказались от привычной жизни и лишили себя многих радостей...

- Для тех, кто познал радость встречи с Богом, все остальные радости меркнут. Вообще говорят, если тебя выбрал Господь для монашеского пути, никуда от этого не уйти. Будь ты замужем, и не однажды, Он выведет на ту дорогу, которая предначертана. Я, к примеру, родилась в 1970 году. Во времена учёбы в школе нам о Боге никогда не говорили: ни хорошо, ни плохо. Родители были неверующие. Однажды в деревне у бабушки увидела икону Спасителя и спрашиваю, кто это? А она мне в ответ: "Бог это. И если тебе будут говорить, что Его нет, не верь!" А я очень удивилась: как же нет Бога, когда вот Он, живой, смотрит на меня?

Вышла я замуж, родила двух сыновей. Когда у младшего грыжа появилась, начали искать бабку, чтобы хворь заговорить. А бабушка верующая оказалась, сказала нам с мужем, что венчаться надо. Пришли в храм, ничегошеньки не понимаем. Оказывается, нам прежде окреститься надо было. Окрестились всей семьёй, кроме мужа - на него денег не хватило. Подойди я тогда к батюшке, объясни все - разве он отказал бы? А мы словно в магазин пришли... Позже муж окрестился, но жизнь все равно не заладилась. То, что построено на песке, рушится. Ушёл он к другой женщине.

Много затем пришлось испытать. Скрываясь от преследований мужа, жила в Каге, где храм в те годы возрождался. С детьми мы переезжали из одного места в другое и не раз. Путь был горький и нелёгкий, но он вёл, как позже я поняла, к Богу. Как-то в Стерлитамак Владыка Никон привёз чудотворную Смоленско-Бугабашскую икону. Я молилась тогда долго и просила: "Богородица, возьми меня к Себе на работу!" Думала, вот вырастут мои мальчишки, тогда уйду в монастырь. А тут вышел закон, разрешающий отцам воспитывать детей с двенадцатилетнего возраста. Мой бывший муж решил их забрать, и сыновья, конечно, тянулись к нему, скучали, ведь я никогда их против отца не настраивала. Один Господь знает, сколько горя принесла мне разлука с детьми. Сколько усилий приложила, чтобы их вернуть. И судились мы, да все без толку. Мой духовный отец архимандрит Николай сказал тогда, чтобы не роптала, все равно ничего не получится. Хорошо, что дети находились под материнской опекой, пока были маленькими. А подросткам необходимо мужское воспитание.

Утешение я нашла в вере:  Богородица услышала мои мольбы и "приняла" на работу. Сегодня обращаюсь ко всем, кто задумывается о разводе. Очень важно постараться сохранить семью, потому что при этом страдают дети, они ведь любят и папу, и маму. Справедливости ради надо сказать, что с сыновьями я связи не теряла. Они приезжали ко мне на каникулы, пока учились, помогали монастырю. Старший приезжает и сейчас, а младший служит в десантных войсках. Рассказывает, когда впервые прыгал с парашютом, очень волновался, Богу помолился, а потом меня начал просить: "Мамочка, помоги!"

- Всенародно любимый Международный женский день не вписывается в церковный календарь. Считается, что он был придуман, как и другие праздники советских времён, в пику церковным. Иные называют его "бесовским". А как Вы относитесь к 8 Марта?

- Многие люди особо не задумываются об истоках празднования 8 Марта, а просто воспринимают этот день как повод еще раз поблагодарить женщин за их любовь, заботу, верность. Я с детства и по сей день отношусь к 8 Марта как к празднику мам. С самого малого возраста дети готовят любимым своим мамам и бабушкам нехитрые подарочки, сделанные своими руками. Это очень трогательно. От младшего недавно письмо получила, к 8 Марта прислал мне стихотворение собственного сочинения.

- А Вы по-прежнему принимаете подарки в этот день?

- Да, с благодарностью. Приносят конфеты, цветы. Цветы люблю все без исключения, это же Божьи творения. Иногда женщины обижаются на мужей, которые при деньгах, и дарят, например, вместо украшений дорогую технику на кухню. Одна пожаловалась: "Он не женщину во мне видит, а кухарку". В таких случаях мне всегда хочется сказать сестрам: не ропщите, радуйтесь любому дару от мужа, ведь самое главное - не вещь, не предмет, а внимание с его стороны. Но все-таки для нас, православных, важен другой праздник, который также посвящён женщинам. В Православной Церкви в третье воскресенье после Пасхи вспоминают о Жёнах-мироносицах, которые в утро Воскресения спешили ко Гробу Христа и первыми получили радостную весть о Его восстании из мёртвых. Этот праздник в России до революции чтился особо и отмечался в течение недели. И сейчас эта традиция возвращается.

- Матушка, Вам приходится посещать различные учреждения, присутствовать на деловых и официальных встречах. Для этого у Вас, наверное, припасена светская одежда?

- Нет, я хожу в том, во что одел Бог. Представьте, если нельзя мне куда-то явиться в подряснике, надо будет надевать костюм. И в этом случае придётся снять апостольник - мой головной убор. Коли так, надо делать причёску, а к ней обязателен макияж. И тогда я из игуменьи в клоуна превращусь. Ни в коем случае не хочу обидеть при этом светских дам, но мне, монахине, не пристало наряжаться и краситься.

- Монастырское подворье открылось при храме Симеона Верхотурского в январе. Быть может, Вы хотели бы обратиться к жителям Уфы с какими-то просьбами и пожеланиями?

- У нас не хватает рук. Требуются повар, сторожа, смотрители в храм. Конечно, мы приглашаем за зарплату. К сожалению, теперь мало кто хочет прийти и что-то сделать ради Христа: помыть в храме пол, замолить грехи. Возможно, кто-то считает, что сегодня монастыри никому не нужны. Но ведь сказано было: пока есть монастыри и там молятся, будет и мир жить.

Беседовала Татьяна Барабаш.

Фото Булата Гайнетдинова.

Вечерняя Уфа / епархия-уфа.рф