Надежда Попова. «Сретение» в моем сердце

По благословению Высокопреосвященнейшего митрополита Уфимского и Стерлитамакского Никона в июле 2015 года состоялась пятая юбилейная смена Православного семейного поселения "Сретение"

Море, пляж, мороженое. Шлепанцы, песок, крем для загара. Панама, надувной матрас и – снова мороженое. Когда возвращаешься из такого отпуска, чувствуешь себя утомленным и опустошенным. Может, просто времени не хватило? Или что-то сделать в отпуске не успели?  И вот так каждый раз, одни и те же мысли.

Когда я вернулась из отпуска – который я в этом году провела в Православном семейном поселении «Сретение» в Башкирии – все было совсем  по-другому.  Я прилетела в Москву счастливая, наполненная внутренней радостью, вдохновленная, и с ясным намерением поехать в лагерь снова, в следующем году.

В сумке, которая приехала со мной домой, не было разноцветных магнитов с изображением памятных мест, не было ракушек, купальника  и панамы…

Но в моем багаже были мягкие игрушки, сделанные для меня моими новыми, сретенскими подругами. А в сердце я привезла с собой самое ценное - наши общие молитвы,  наши песни у костра, поддержку, помощь, советы всех тех, с кем встретилась в поселении, наши хороводы, наши вечерние чтения Евангелия, наше Причастие….

Самостоятельная жизнь в большом городе – таком, как Москва – для молодого человека или девушки имеет определенный характер. Ты делаешь так, как тебе удобно – жить, есть, читать, проводить досуг. С родителями, как правило, сложные отношения. А в друзьях в основном те, с кем тебе комфортно общаться.

В «Сретении» все было совсем не так.  

Наша смена длилась две недели и проходила в профилактории «Родник здоровья» в получасе езды от Уфы. И в течение этого времени почти 80 человек в возрасте от 2-х до 60-ти лет жили одной дружной семьей.

Нас в комнате – я как гость жила с отрядом старших девочек возраста 14-15 лет – было семеро человек вместе с вожатой. У всех – свои интересы, свой характер, свой жизненный ритм.

В итоге у нас почти всегда было шумно. Кто-то сушил феном волосы, кто-то – примерял платье, кто-то – играл на гитаре. В душ – единственный на этаже – мы занимали друг другу очередь. 

Для меня все это было очень непривычно. В Москве я снимаю квартиру с двумя девушками, у каждой из нас – своя комната, и общение между нами довольно ограничено.

Однако после пары дней в «Сретении» я стала получать  большое удовольствие от того, что мы с девочками живем все вместе. Мы могли поменяться одеждой, поделиться каким-то своим жизненным опытом, поддержать друг друга в любую минуту.

А еще – мы вместе читали книги вслух,  за столом – делились друг с другом едой и каждый вечер просили друг у друга прощения за то, чем друг друга обидели или смутили.

Понемногу то, за что я привыкла раздражаться или обижаться в общении с окружающими меня людьми, в том числе родными, перестало на меня действовать негативно.

В атмосфере взаимопомощи, совместного делания, было как-то странно дуться на кого-то или резко отвечать. Я понемногу училась ставить себя на место другого человека. И вместо обычной реакции – улыбаться – при этом, от чистого сердца.

Думаю, нам очень помогало то, что у всех было общее дело. На те две недели, что мы съехались в поселение, нашим жизненным девизом по-настоящему должны были стать слова Сергия Радонежского – «Любовью и единением спасемся».

Когда мы всем отрядом  работали над стенгазетой на заданную тему – у нас была тема красоты в окружающем мире – каждый привнес свое, что лучше умел делать – кто рисовал, кто придумывал образы, кто подбирал текст.

Мы вместе разучивали русские народные танцы, вместе занимались альпинизмом в лесу, даже собственными руками сделали мультфильм – у меня до самого конца не укладывалось в голове, как я сама могу сделать мультфильм.  Оказывается, могу!

В тот день, когда весь лагерь исповедовался, была очень особая атмосфера. Все ходили немного грустные и задумчивые. Настроение было особенное, молитвенное.

На следующий день – на Литургии в храме Рождества Христова в деревне Подлубово, где служит духовный наставник «Сретения» отец Константин Сыснов – мы тоже занимались общим делом.

Ведь «литургия» переводе с греческого и значит «общее дело» или «общее служение». Молодые люди служили в алтаре, а мы с девушками пели на клиросе. Было настоящее ощущение праздника – какое не всегда и в своем приходе почувствуешь.

Остальные несколько дней пролетели  быстро – мне нужно было уезжать немного  раньше, чем заканчивалась смена, и я, к сожалению, не попала на финальный концерт.

В мой последний вечер в «Сретении» у нас был костер – с песнями под гитару.  У костра была и Инна Ринатовна Валиева – директор поселения. В «Сретении» она несёт труды не одна, ей помогают муж и их дети. Замечателен тот факт, что многие педагоги трудятся здесь вместе со своими семьями.

Костер мягко освещал наши лица и лесные заросли вокруг, а на темном небе у нас над головой блестели звезды. Инна Ринатовна говорила мне добрые напутственные слова, и мы продолжали петь.

Надеюсь, никто не заметил слез у меня в глазах. Состояние у меня было как раз такое, как описано в песне, которую ребята написали о лагере – «Нам и радостно, и грустно, и охватывает чувство, будто снова возвратились мы домой…»

Но моя грусть длилась недолго. Ребята уже пели следующую песню, и я не могла не подпевать:

 

С нами Бог!
Он в руках друзей, он в родных глазах.
С нами Бог!
Если ты любим, то неведом страх.
Всем любовь!
Лишь она нас в путь за собой ведет.
Всем любовь!
И пусть остальное – не в счет!